Пресса

17 января 2014 14:00

Сергей Кривец: мои победы и поражения

Сергей Кривец дает Никите Мелкозерову полуторачасовое интервью, в котором рассказывает об Александре Глебе и Конституции Беларуси, Егоре Филипенко и передаче "Званый ужин", своей жене и ее боязни белорусских лифтов, учебе на монтера путей и автобиографии Златана Ибрагимовича, поселке Вертелишки и книге "50 оттенков серого", гневе Виктора Ганчаренко и бульдоге-полиглоте, а также Уинстоне Черчилле и карагандинском стыде, который не отпускает до сих пор.

Суета, каблучищи, галимый

- Когда ты в последний раз отказывался от интервью?
- Честно... Не помню. Хотя желание отказаться возникает часто.

- Почему?
- Не хочется повторяться в десятый раз. Потому что, как правило, все интервью предполагают одни и те же вопросы с соответствующими ответами.

- Вопрос, который слышал чаще всего за последние полгода?
- После матчей: "Как оцените игру?"

- Это обязательная программа.
- Конечно. Согласен. Вот всегда и отвечаю на этот вопрос.

Подходит официантка. Очень-очень вежливо принимает заказ. Желает приятного дня.

- Приятно, конечно.
- Насчет этого. В Беларуси действительно мало приветливых людей. Когда ты заходить в ресторан, магазин, еще куда-нибудь, дружелюбия встречается мало. Говоришь "Здравствуйте", а на тебя иногда смотрят так странно.

- Часто с тобой подобное происходит?
- В принципе, каждый день. Заходишь в магазин, проводишь внутри какое-то время и понимаешь, что человек, там работающий, относится к тебе без должного уважения.

- К чему еще ты не можешь привыкнуть после возвращения в Беларусь?
- Большинство девушек у нас ходят на каблуках. Даже в магазин за продуктами. Бедная идет на каблуках и в короткой юбке. И видно же, что ей неудобно на этих каблучищах. Вообще, когда я только-только вернулся, было действительно сложно. После Китая все воспринималось по-другому. Ритм жизни, отношение людей, сами люди.

- Ритм жизни?
- В Минске сразу же возникли какие-то вопросы, которые требовалось решать. Коммунальные услуги оплатить, еще что-то сделать. В общем, быстро понял, что вернулся на родину. А в Китае дом - тренировка - дом. Сходил на прогулку в свое удовольствие, отдыхаешь. Дополнительные обязанности возникали редко. Там было больше спокойствия. Несмотря на население города в 10 миллионов. В Минске же людей меньше, а суеты больше.

- Насчет людей. Чем мы отличаемся от китайцев?
- Нет, ну, от китайцев мы отличаемся полностью. Наши люди больше времени проводят в себе. Как пример: даже если кто-то узнает футболиста, эмоции проявляются очень редко. В Китае на тебя сразу же наваливаются. Идут просьбы о фото. Человек, даже не владеющий английским, пытается тебе что-то объяснить. В Минске, бывает, замечаю, что меня узнали. Но люди просто боятся подойти. Иногда возникают мысли: "Да ладно уже, понятно же, что узнали - подходите". Мне встречи с болельщиками не приносят проблем. Но в Беларуси они происходят редко. Когда бываю в Познани, люди узнают постоянно. Подходят, просят автограф. Милиционеры польские все время замечают. Пограничники - тоже. Процентов 80 поляков, которые работают на таможне, меня знают. Среди наших, может, только процентов 20. Мы как-то ехали с женой и общались на эту тему. Говорю: "Сейчас заедем на польскую границу, нас узнают. Спокойно пройдем. Все будет быстро. Заедем на белорусскую, никто не узнает".

- Как все закончилось?
- Как раз в тот день меня узнали на нашей границе. Таможенник сказал: "А ты не футболист случайно?" Мне было приятно.

- Самое удивительное, что ты видел в белорусском футболе после возвращения?
- Наверное... Испытал шок от стадиона в Новополоцке. В перерыве идешь в раздевалку и перемешиваешься с прохожими. Не знаю, смеяться или плакать... Не понимаю.

- Но ты ведь и раньше играл на "Атланте".
- Играл. Но раньше это воспринимал как-то проще. А сейчас "Атлант" - самое неприятное впечатление о чемпионате Беларуси. Но, в принципе, могу сказать, что уровень футбола - игры - у нас намного выше, чем уровень организации первенства, инфраструктуры, работы телевидения и прочего. Я думаю, в Беларуси не форматы проведения чемпионата надо менять, тасуя шесть команд на 12, а подтягивать инфраструктуру, делать обертку. Из-за ее отсутствия многие недооценивают наш футбол... Знаешь, из-за таких стадионов, как в Новополоцке, складывается впечатление, будто у нас галимый футбол.

- Ты не боишься привыкнуть к Беларуси?
- То есть дойти до того, чтобы считать нормальным стадион "Атлант"?

- Да.
- Надеюсь, что этого со мной не случится. Я провел пять лет за пределами Беларуси, накопил какой-то опыт. Надеюсь, еще смогу поиграть в Лиге чемпионов или Лиге Европы. Может, удастся снова уехать в более сильный чемпионат. Хотя есть надежда, что в Беларуси что-то изменится. Надо же как-то объединяться и продвигать наш околофутбол, который классно развит в той же Польше. Вот сейчас у нас появился спортивный канал. Надеюсь, из него что-то выжмут.

"Могилевлифтмаш", face control, романтика

- Чего в Беларуси не понимает твоя жена-иностранка?
- Ей было очень сложно поначалу. Не знаю, как это объяснить... Она тоже замечала, что люди не такие приветливые, как в Польше. Жена тогда еще слабо говорила по-русски, потому удивлялась, что в магазинах продавцы не пытаются помочь. Недалеко от нашего дома торговый центр "Европа". Патриция часто туда ходила. И не понимала холодности персонала. Продавец ведь, наоборот, должен проявлять инициативу, пытаться заинтересовать покупателя, создавать для него комфорт. Да и мало кто вокруг знал английский. Что еще... Ей не очень понравилось, что в Минске много машин. Просто везде-везде. На тротуарах, в других местах. У нас около дома не проехать. Плюс сам дом. В Беларуси постройки, есть ощущение, до сих пор получаются в стиле 90-х.

- То есть?
- Зачем делать пять дверей по дороге от входа в подъезд до лифта? А если кто с коляской идет или с сумками? Это же неудобно. Патриция, кстати, до сих пор боится наших лифтов. Вот такой страх "Могилевлифтмаша". Мы еще живем на 15-м этаже, так что ехать приходится полчаса. У жены стресс (улыбается). Хотя в целом я не могу сказать, что все так плохо. Просто есть вещи, на которые я обращаю внимание. В принципе мы с Патрицией привыкли ко всему, живем, не жалуемся.

- Что у твоей жены с русским языком?
- Нормально. Стало уже лучше. Она сама передвигается по Минску. С кем-то общается. Жена у меня очень коммуникабельный человек. Даже в Китае без знания языка могла договориться с кем угодно. Ни разу не терялась. Поэтому в Минске я за нее вообще не беспокоюсь. Единственное, здесь ей не хватает общения. Патриция любит зайти в магазин и поговорить с кем-то из встречных. А у нас это не принято. Правда, спустя какое-то время у нее появились здешние подруги. Общаются. Плюс есть контакт с женами футболистов. Кстати, сейчас Патриция в Польшу уехала.

- Сбежала от тебя?
- Почему сбежала? Все нормально. Просто ей нет смысла тут сидеть. У нас начинаются сборы. И что ей одной дома делать? Когда соскучится, приедет. Как сборы закончатся, будет жить в Беларуси постоянно.

- В прошлом году ты возил свою жену на сборы "Цзянзу Сайнти" в Турцию. Когда мы общались для интервью, Патриция находилась рядом.
- Было дело. Мы не виделись к тому моменту полтора месяца. Отправились на две недели в Турцию. Я решил пригласить жену. Пришлось, правда, немного скрываться. Поселил ее в отеле, в котором проживала наша команда. Только номер заказал в другом крыле. Все. Рассказал ей, какое у нас расписание, чтобы не попадаться. Ведь Патрицию в лицо знал главный тренер.

- И что, ни разу не попались?
- Не знаю, может, и попались. Но никто ничего по этому поводу не сказал. Просто еще один игрок нашей команды тоже приехал с женой. Правда, их сразу раскрыли. Ребята вообще не шифровались. Тренер потом говорил тому футболисту: "Могли хотя бы попытаться скрывать. А вы в открытую ходили по отелю". Мне же претензий никто не предъявлял.

- Романтика.
- Ну да. Прикольно было. Тебе, кстати, в Турции понравилось работать?

- Писать пришлось много, но опыт хороший.
- Так и должно быть. Думаю, людям интересно читать. А то у нас в стране раньше было так: команда уехала готовиться к сезону, а информации никакой. Польские журналисты, помню, часто присутствовали на сборах. Человек по пять-шесть. Репортажи с тренировок, интервью, плюс клубное телевидение. Мне кажется, если мы хотим привлекать болельщиков, жизнь команд должна освещаться чуть ли не в режиме online. Надо к этому стремиться.

- Раз снова вырулили на эту тему, давай продолжим говорить о вопросах, которые ты слышал очень часто в прошлом году.
- Когда Ганчаренко переехал в Краснодар, стали спрашивать: "Возможно ли, что вы перейдете в "Кубань"?" Этот вопрос звучал очень часто. Не знал уже порой, что сказать. Хотелось ответить: "Да, конечно, перейду". Люди, наверное, думали, будто Ганчаренко перевезет в Краснодар весь состав БАТЭ. Хотя если бы Виктор Михайлович был сербом, возможно, так и случилось бы.

- Сербы в твоем понимании тянут своих?
- У них есть такая национальная особенность. Если у команды сербский тренер, почти на сто процентов можно быть уверенным в наличии футболистов из числа его соотечественников. Не знаю, хорошо это или плохо. У нас подобное происходит очень редко. Ты помнишь белорусского тренера, который бы работал за границей и приглашал в команду своих?

- Криушенко времен "Сибири".
- Ну да. У него играли Дима Молош, Гена Близнюк и Егор Филипенко. Игорь Николаевич, наверное, единственный тренер, который привлекал соотечественников. Может, наши специалисты просто боятся претензий в духе: "Чего своих тянешь?"

- Темы, на которые никогда не станешь общаться с журналистами?
- В принципе, на все темы можно общаться. Правда, я стараюсь поменьше говорить о личной жизни.

Тумилович, Конституция, Вертелишки

- На каком языке вы общаетесь с женой?
- Дома на польском.

- А думаешь ты на каком?
- На русском.

- Китайский?
- Его никогда и не было. В Китае я общался по-английски. В Польше же выучил язык. Сейчас даже читаю на польском.

- Что?
- Книжку о польском Геннадии Тумиловиче (улыбается). Известный в прошлом голкипер рассказал самые откровенные истории из своей карьеры. Целая книга баек. Очень интересно. Всем советую. Сейчас эта книга - номер один в Польше по продажам. Даже моя жена с удовольствием читает. Раньше не особо интересовалась спортивными книгами, а тут начала. Постоянно смеется. Потом приходит ко мне и спрашивает: "Что, так все и есть?" Один раз появилась и говорит: "Так что, вы все время пьете на сборах? Вот чем вы, оказывается, занимаетесь".

- То есть ты в принципе читающий человек?
- Я - да. Люблю читать. Сейчас читаю про польского вратаря. И параллельно "Игру престолов".

- Нравится?
- Первые три книги меня было не оторвать. Но сейчас читка "Игры престолов" чуть застопорилась.

- Что ты любишь читать?
- Биографии. С большим удовольствием прочел "Я - Ибра". На польском, правда. На русский биографию Ибрагимовича, кажется, еще не перевели. Мне очень понравилось. Всем советую. Правда, только не знаю, где найти. В Польше заходишь в магазин - на полках какие хочешь книги. Все новинки. А у нас они появляются с опозданием.

- Когда ты в последний раз был в книжном магазине?
- Если мне нужна книжка на русском, стараюсь найти ее в интернете. Скачиваю на iPad. В Польше я ходил по книжным магазинам, в Беларуси бывал только пару раз. Да, есть "Игра престолов". Но о новинках речи не идет. Нет "Я - Ибра", допустим. Недавно, кстати, читал биографию Жозе Моуриньо, так ее тоже не видел в наших книжных магазинах.

- Чьи еще биографии ты читал?
- Начал читать книгу о Роналду. Она выполнена не как автобиография, а как рассказ о футболисте со стороны. Не пошло. Неинтересно. Читал автобиографию Надаля. Как раз после Ибрагимовича. Не пошло совершенно. Надаль - такой серьезный парень: работа, работа, работа. А автобиография Ибры читается легко. Там очень много нетипичных моментов. Надаля в итоге не дочитал. К сожалению.

- Художественная литература?
- Жена подсовывала "50 оттенков серого". Я начал, но почему-то не дочитал. Интересно, в принципе, но были книги, которые меня больше увлекали. А девушкам очень нравится.

- А в школе ты читал?
- Пытался (улыбается). В принципе, ничего не запомнилось. Читал "Войну и мир", но не до конца. Осилил два тома, по-моему. Мне сложно читать такие произведения. А! Вспомнил. Я же Акунина почти всего прочитал. Очень понравилось. Читал нон-стоп.

- В БАТЭ читает Александр Володько. Кто еще?
- Сиваков. Глеб читал.

- Что?
- Конституцию - к экзамену готовился. Прикольно было. Едет, читает, потом глаза подымает, рассказывает что-то сам себе. Трясся, как пацан. Подходит Филипенко: "Саня, чего ты, блин, трясешься? Да ты этот институт можешь себе купить, расслабься". А Глеб действительно учил. Молодец. Это похвально. Кто еще у нас читает... Юревич Саня много читает. Его я каждую неделю видел с новой книгой. История там, что-то серьезное. Он в команде был самым читающим. А Саня Володько все время в iPad'e. Мы с ним, когда в сборную вызывались, вместе жили.

- Самый веселый сосед за время твоей карьеры?
- Наверное, Егор Филипенко. Хотя, когда мы вдвоем в номере, все спокойно -тогда у Егора нет публики. Хотя он может и в номере что-нибудь отчебучить. Помню, мы готовились к какой-то игре. Я уже спать пошел. А Егор засел что-то смотреть. Кажется, "Званый ужин". Не знаю, до какого времени Филипенко все это смотрел, но так смеялся. На весь номер. Я в какой-то момент не выдержал: "Егор, завтра игра. Дай поспать хоть чуть-чуть" (улыбается).

- Глеб получает второе высшее образование. А ты тянешься к знаниям?
- Уже нет. Я оканчивал Гродненский аграрный университет по специальности "Экономика и управление на сельхозпредприятиях".

- То есть ты ферму можешь открыть?
- В принципе, да. Я вообще много чего могу. Поеду управлять предприятием в Вертелишки (улыбается). Университет... Это уже давно было. Честно, получилось так: две минуты позора - и диплом. Я много чего сдавал подобным образом. Времени на учебу особо не было.

Пельмени, мегаспираль, чунь-чуны

- У тебя ведь есть и среднеспециальное образование.
- Да. Оканчивал железнодорожный колледж. По-моему, я монтер путей. В колледже вообще ужасно было. Приходилось посещать лекции (улыбается). Меня пригласили в Минск, здесь я доучился в девятом классе. Игроков "Локомотива" поступали в железнодорожный колледж. Надо же было получать образование. Мы жили в общаге неподалеку. Как поворачиваешь на Семашко, первое высокое здание. Больница справа, наша общага - слева. На восьмом этаже жили. Были заняты от рассвета до заката, вечером готовили себе какие-то пельмени. Весело, романтика.

- Как развлекались?
- Иногда ходили на дискотеку. Клуб назывался... "Тоннель".

- На Пушкинской.
- Да. Выходили из общаги часов в десять, садились на троллейбус - десятку или 38-й. Гуляли. Дискотека заканчивалась. Шли на остановку напротив, ждали, когда троллейбусы начнут ходить. А общага не открывалась раньше шести утра. Так что приходилось ждать еще.

- Как на это реагировал Анатолий Юревич?
- Гонял нас. Было несладко. Юревичу помогали Гольмак с Кононовым. Мы недавно виделись и вспоминали, как тренировались в снегу. Поле на стадионе "Локомотив" заносило. После тренировки нужно было его ровнять, чтобы назавтра работалось удобно. И вот что придумали. Брали лестницу. Совершенно обычная мощная деревянная лестница. К ней привязывались четыре веревки, в них впрягались игроки и тянули эту штуку по всему полю. Дополнительная нагрузка. Еще... Знаешь, в старых кроватях под матрасом есть такие металлические сетки, которые крепятся пружинами?

- Да.
- Ими тоже пользовались, чтобы разровнять поле. Весело было.

- Самое сложное упражнение, которое тебе довелось делать? Так, чтобы рыгать.
- Если честно, в прямом смысле я никогда не рыгал. Хотя со многими футболистами это действительно происходило. Последним из тех, кому становилось плохо, я видел Егора Филипенко. В завершившемся сезоне. Ганчаренко нас подгонял немного. Было реально сложно. Я тоже думал, что мне сейчас станет плохо. В итоге отошел минут через десять.

- А что вы делали?
- Челноки. 5-10-15-20 метров. И назад.

- Сколько серий?
- Серии три. Вроде ничего особенного. Но пошло тяжело. В Китае, помню, сложно было на сборах. Нас вывозили в горы. Тренер прилично гонял. Бегали все, что можно: и спирали, и семь по тысяче на время. Забыл уже, сколько нам давалось минут. Но переть приходилось прилично. А еще было такое упражнение: рывки 500-1000-1500-2000-1500-1000-500. Такая мегаспираль. Жесть. Кроссы нужно было бежать на пульсе 180. Ну, не кросс, а четыре серии бега по восемь минут... То есть были у меня тяжелые моменты в карьере.

- Воспитательные меры Юревича касались тебя?
- Перед тренировкой стабильно сидели часик. Слушали Анатолия Ивановича. Ко мне он хорошо относился. Повезло. Юревич любил говорить ребятам: "Ты - как вождь племени чунь-чунов". Не знаю, откуда он взял этих "чунь-чунов". Обращался ко всем: "Сынок". Очень любил эмоциональные разборы. Раздевалка. Анатолий Иванович заводится и начинает показывать, как надо играть: "Мяч пошел, ножками перебрал-перебрал - и назад". В это время отходит к стене - и как налетит на нее спиной! Не знаю, специально или нет. И давай сразу показывать дальше: "Атака пошла, ножками перебрал-перебрал - и сыграл на опережение". А посреди раздевалки лежала чья-то сумка. Анатолий Иванович так увлекся, показывая игру на опережение, что разогнался и дал по этой сумке со всей силы.

Слон, Помидор, Черчилль

- Как ты отреагировал на решение Александра Федоровича уйти в творческий отпуск?
- Я в октябре узнал. Может, даже раньше. Конечно, пытался повлиять на него. Уговаривал. Но это оказалось бесполезно.

- Лес, в котором живет Александр Владимирович, - гипнотическое место. Оттуда сложно выбраться.
- У него еще суперская собака. Когда Чивас был поменьше, мы брали к Саше в гости нашего французского бульдога Тотти. Собаки носились по этой даче с огромным удовольствием.

- А почему французский бульдог?
- Не знаю... Жена так решила. Ей понравилось. Показала фотку. Мне тоже понравилась.

- Как ты относишься к йоркширским терьерам и прочей собачьей мелочи?
- Это мне не нравится. Они такие противные... Вот у меня пес спокойный. Никого не трогает. А эти мелкие чего-то лают, летят на него кусаться. Какие-то дикие. Тотти сейчас тоже в Польше.

- А с ним вы на каком языке общаетесь?
- По-разному. Тотти - полиглот. Понимает и по-русски, и по-польски (улыбается). Кстати, еще про Федоровича. Раньше, лет пять назад, наверное, Зеленое для футболистов БАТЭ было центром вселенной. Могли собраться очень большим числом. Почти всей командой. В "слона", помню, играли. Приезжали и нефутбольные друзья Саши. Как то-раз мы так играли в "слона", что чуть не подрались. Кто-то на кого-то не так запрыгнул. Жестокие были игры. "Квадраты" там забивали еще. Сашина жена Ольга Владимировна, правда, плакала от этого.

- Почему?
- Газон же убивался.

- В своем интервью Александр Федорович вспоминал тебя. Говорил, что во время полета из Караганды на Сергея Кривца было больно смотреть.
- Мне было стыдно. И до сих пор стыдно. А почему эта тема постоянно затрагивается?

- Теперь это такая же твоя визитка, как и гол "Ювентусу".
- Пять раз - чемпион Беларуси. Один раз - чемпион Польши. Обладатель китайского Суперкубка... Стал автором золотого гола в Польше. И это не считается? (улыбается) А пенальти не забил - и все. Хотя я не спорю, виноват.

- Что творится у тебя в голове, когда идешь бить пенальти?
- Ну, на установке перед матчем в Караганде было сказано, что пенальти бью я. Встав с газона, направился за мячом. Вообще, мысли в голове могут быть самые разные. Иногда сразу настраиваюсь на какой-то угол. Иногда, если вратарь дергается, ориентируюсь по нему. Но в Караганде... Поставил мяч, разбежался, посмотрел на вратаря, а он меня прочитал. Да и пробил я не очень удачно... Пенальти - это лотерея. После бил еще несколько раз, получалось. И до того все было хорошо. Просто неудача, к сожалению, выпала на игру в Казахстане.

- Как ты на нее отреагировал?
- Время еще оставалось. Понятно, я расстроился, но попробовал сконцентрироваться на попытках отыграться. А после матча... Ну, естественно, стыдно было. Перед болельщиками, перед партнерами, перед тренерами, перед руководителями. Хотелось просто пропасть куда-нибудь.

- И что ты ощущал, пока летел в Минск?
- После матча, пока не уехали со стадиона, мы много общались с ребятами. В самолете я оказался наедине с собой. Стало сложнее. Правда, ребята все равно подходили. Поддерживали. Серега Помидор - болельщик наш - подошел. Мы переговорили. Он поддержал. Спасибо, кстати, всем, кто в те минуты помогал мне. Потому что реально было неприятно вспоминать матч.

- Долго отходил?
- До сих пор отхожу. Иногда думаю: "Блин, ну, пробей по-другому! Точно бы прошли". Картина стоит перед глазами и теперь.

- Зато сейчас у тебя мотивации с горкой.
- В принципе, у меня всегда все было нормально с мотивацией. И сейчас я тоже очень хочу играть. А какие-то личные мотивы... Ну да, они создают дополнительное желание. Все же на мне лежит ответственность за предыдущую Лигу чемпионов. Хочется загладить вину. Буду пытаться сделать это, чтобы у меня осталась только одна визитная карточка - "гол "Ювентусу" (улыбается). Знаешь, это мои победы и поражения, этого уже не изменишь. Я вспоминаю слова Черчилля: "Успех - это еще не точка, неудача - еще не конец. Единственное, что имеет значение, - мужество продолжать борьбу!" Я когда-то записал себе эту цитату.

- Куда?
- В блокнотик. Раньше записывал понравившиеся цитаты и фразы. Вот мне и вспомнился сейчас Черчилль.

Никита МЕЛКОЗЕРОВ, фото Надежды БУЖАН / Goals.by

Вернуться к списку
  • Прошедший матч

    Лига Европы
    1/16 финала

    14 февраля 2019, 20:55
    "Борисов-Арена"

    Рефери: Йованович С.

    БАТЭ
    БАТЭ
    (Борисов)
    1:0 Арсенал
    Арсенал
    (Лондон)
     
  • Следующий матч

    Лига Европы
    1/16 финала

    21 февраля 2019, 20:55
    Лондон. Стадион "Эмирейтс"

    Рефери: Ундиано Мальенко А.

    Арсенал
    Арсенал
    (Лондон)
    VS БАТЭ
    БАТЭ
    (Борисов)
  • Ближайшие матчи

    Суперкубок Беларуси
    Финал

    02 марта 2019, 15:00
    Минск. Стадион ФК "Минск"

    БАТЭ
    БАТЭ
    (Борисов)
    VS Динамо Бр
    Динамо Бр
    (Брест)

чемпионат беларуси

Команда И О
1 БАТЭ 30 73
2 Шахтер 30 64
3 Динамо (Минск) 30 63
4 Витебск 30 62
5 Торпедо-БелАЗ 30 55
6 Динамо (Брест) 30 52
7 Неман 30 43
8 Слуцк 30 36
9 Городея 30 34
10 Ислочь 30 33
11 Минск 30 30
12 Гомель 30 28
13 Луч 30 24
14 Торпедо (Минск) 30 24
15 Смолевичи 30 24
16 Днепр 30 16
Полная турнирная таблица

twitter